Искендер Шаяхметов: Мы выбрали профессию спасать людей

Главный врач Центра экстренной медицины Бишкека Искендер Шаяхметов рассказал в интервью нашему изданию, какие изменения произошли в службе скорой помощи за последнее время, какими качествами должны обладать врачи скорой, почему бригады нередко опаздывают на вызовы, что предпринимается, чтобы ускорить время приезда, и о многом другом.

— Искендер Белекович, у Бишкекской службы скорой помощи всегда были две большие проблемы – машины и кадры. Они наконец-то решены?

— Одна решена. Того страшного дефицита врачей, какой был еще год назад – из 210 врачебных ставок было 98 вакансий, не хватало почти половины врачей — уже нет. Кадровый вопрос решился благодаря указу Президента, согласно которому врачам нашего центра и службе скорой помощи Оша с июля прошлого года стали выплачивать компенсационные надбавки в размере 20 тысяч сомов. А с 1 сентября прошлого года всем медработникам страны подняли зарплату: на 50 процентов – врачам, на 20 – медсестрам и на 10 – младшему персоналу.

Благодаря этому нам удалось полностью укомплектовать педиатрическую службу. Раньше в смену выезжали одна-две бригады, не было детской реанимационной бригады. Сегодня есть и она. Сейчас рассматриваем предложение об открытии седьмой детской бригады – интенсивной терапии. Сейчас у нас полный набор бригад, предусмотренных нормативными документами, во взрослых реанимационной и неврологической службах. Раньше их катастрофически не хватало из-за отсутствия докторов.

— Если дефицита кадров нет, то почему люди жалуются на долгое ожидание скорой?

— Причин опозданий на вызов много – из-за недостаточного количества подстанций, загруженного трафика, но главная причина – в отсутствии достаточного количества машин скорой помощи. Тем более, что в связи с административно-территориальной реформой мы должны теперь обслуживать еще и близлежащие к городу населенные пункты Аламединского и Сокулукского районов. А это почти еще 140 тысяч населения. Население Бишкека в прошлом году составляло один миллион 278 тысяч и плюс теперь еще 140 тысяч, а машин на линии работает чуть больше тридцати.

Половина из 68 машин скорой помощи, находящихся ныне на балансе автобазы Минздрава, подлежит списанию по сроку эксплуатации и по техническому состоянию. Машины эксплуатируются круглосуточно и быстро изнашиваются. Например, вчера с учетом увеличивающихся вызовов должны были работать сорок бригад, но семь из них простаивали или выезжали по очереди, так как автобаза предоставила только 28 машин и мы задействовали пять своих. А в сутки поступает около 600 вызовов, иногда даже больше.  По нормативу скорая должна приехать к пациенту в течение 20 минут на вызов в экстренной форме, когда есть угроза для жизни. Но даже если оператор отправит сразу, допустим, кардиологическую бригаду к больному в селе Дача-Суу, то как можно доехать за 20 минут до села, расположенного в 35 км? С учетом еще загруженного трафика. Чаще всего жалобы на опоздания поступают именно от жителей сел. Это справедливые нарекания. Но у нас есть и видение, и желание исправить ситуацию.

— И какой выход из этой, можно сказать, тупиковой ситуации вы предлагаете?

— На мой взгляд, надо провести капитальную ревизию старых машин с участием специалистов автобазы Минздрава. Возможно, какие-то из них можно отремонтировать.   Конечно, потребуются средства. Но это поможет продержаться до ноября следующего года, когда ожидаются новые машины от Евразийского фонда. Две скорых передало нам не так давно Общество Красного Полумесяца, одну пообещали спонсоры из Катара. Эти три машин мы планируем передать на новую подстанцию в Маевку.

И, конечно, надо увеличивать количество подстанций, понятно, что чем ближе они будут базироваться к обслуживаемым территориям, тем быстрее врачи будут приезжать на вызов. Горожан сегодня обслуживают бригады семи подстанций. Этого количества мало даже для города, не говоря о зонах обслуживания, переданных нам после реформы.    Причем все специализированные бригады сконцентрированы на центральной станции по улице Исанова. И когда, например, поступает вызов по поводу сердечного приступа из 12 микрорайона, то кардиологическая бригада мчится туда через весь город. Дороги забиты транспортом в несколько полос. И хотя водители теперь стали милосерднее к врачам скорой, дорогу стараются уступать, но добираться все равно проблематично.

Поэтому мы открываем новые подстанции. Но для того, чтобы подстанции работали, надо, как минимум, 19 машин. Но самая главная фишка – это восьмая подстанция на территории Перинатального центра по улице Суеркулова. Там есть здание, которое не функционирует уже много лет. Мэрия выделила нам землю, один миллион 200 тысяч сомов на разработку проектно-сметной документации. Она уже готова (главврач показывает листы с расчетами и с рисунками будущей подстанции). Строительство входило в план мэрии как социальный объект. Но нам не повезло. В связи с упразднением департамента здравоохранения мэрии проект завис. В Минздраве на него пока нет денег, пообещали найти, но, вероятнее всего, это может быть только на следующий год.

— В чем, как вы сказали, главная фишка этого объекта?

— Подстанция будет обслуживать всю южную часть города. Мы планируем разместить там 15 бригад, в том числе специализированные – кардиологическую, реанимационную, неврологическую, детскую и линейные. И тогда специализированным бригадам не надо пробиваться из центра по загруженным дорогам через весь город в микрорайоны. Врачи этой подстанции смогут приезжать на вызов даже не через положенные 20 минут, а через 10-15. А это существенное сокращение времени, когда жизнь человека исчисляется минутами. Здесь планируем разместить диспетчерскую службу, увеличив ее до 24 операторов, и консультативный центр из четырех врачей-консультантов. Это очень важно.

Почему люди не сразу могут до нас дозвониться? Город вырос в два с лишним раза, а штат оперативного отдела остался на 540 тысяч населения. Сегодня вызовы принимают всего семь операторов на центральной станции, а за вчерашние сутки, например, поступило 1362 звонка. При таком количестве звонков, невозможно ответить на все вовремя. Поэтому люди справедливо возмущаются, что не могут сразу нам дозвониться.  Помещение же центральной станции не позволяет расширить штат диспетчеров и консультантов.

Сегодня мы можем обеспечить врачей линейных и фельдшерских  бригад кардиографами, которые могут передавать кардиограмму дистанционно в консультативный центр, где специалисты быстро дадут четкие рекомендации, что делать с больным, что ему назначить. Система позволяет проводить даже аудио-и видеоконсультацию. И кардиологической бригаде, не надо ехать к больному, если ему уже оказывается квалифицированная помощь. Но проблема в том, что у нас сегодня всего один консультант, который работает в одном помещении с диспетчерами. Увеличить штат консультантов не получается по той же причине – их негде размещать. А одного консультанта на такой огромный город реально не хватает. Мы стараемся сделать все, чтобы помощь была оказана как можно оперативнее и качественнее.

— Это чувствуется. Служба скорая, достаточно понаблюдать за ее работой хотя бы часа два, работает как хорошо отлаженный механизм.

— Потому что мы — команда, где у каждого своя роль. Возьмем, например, операторов, принимающих вызовы. Это стрессоустойчивые люди, которые в считанные секунды беседы определят, есть ли угроза жизни пациента. Такт, профессионализм и скорость — вот главное в их работе.

У нас на станции говорят, что скорая — это, скорее, образ жизни. Врачи, которые проработали в нашей службе, могут, без преувеличения работать в любом отделении больницы. Если специалисту из стационара, который привык к тому, что есть масса возможностей с кем-то проконсультироваться, провести дополнительные обследования, консилиум, то у наших врачей слишком мало времени на принятие решения, постановку диагноза, от точности которого зависит чья-то жизнь. Врачи скорой обладают просто потрясающими интуицией, наблюдательностью и умением абстрагироваться от окружающей обстановки, делать все быстро и качественно, ни на что не обращая внимания. Нередко они помогают пациентам и без госпитализации, могут успокоить перепуганных родственников, дав им подробные рекомендации. Компетентные медики – главная ценность Центра экстренной медицины и не только его, я бы даже сказал, страны.

— А поведение больных изменилось с тех пор, когда вы сами работали врачом скорой?

-Да, модель поведения пациентов по сравнению с теми годами немного изменилась. Сейчас стало более потребительское отношение: «Вы должны, вы обязаны, у меня полис ОМС, у вас профессия – обслуживать нас». Отнюдь нет — мы выбрали профессию спасать людей и ежедневно боремся за человеческие жизни…

Нина Ничипорова
Фото автора